«Под санкциями значение здоровой конкуренции только возрастает» - интервью зав. кафедрой ИПНБ РАНХиГС Андрея Тенишева СИ «Цифровые закупки»
Заведующий кафедрой конкурентного права Института права и национальной безопасности РАНХиГС Андрей Петрович Тенишев в интервью Сетевому изданию «Цифровые закупки» рассматривает возможный сценарий усиления национальной экономики и рост значения здоровой конкуренции в условиях санкций.
– Андрей Петрович, недавно вы высказались в поддержку параллельного импорта в качестве ответной меры на санкции. Что мешало легализовать эту практику раньше? Как применить ее с максимальной пользой для российской экономики?
– Государственная Дума легализовала параллельный импорт и дала правительству полномочия определять какие товары можно ввозить в таком режиме. В условиях санкций и добровольного ухода многих иностранных компаний с наших товарных рынков это крайне важно. Теперь слово за правительством, оно должно определить какие товары нам можно будет ввозить, минуя официальных дилеров. Тут важно соблюсти два условия – разрешить ввозить товары, которые действительно нужны нашим потребителям и только те товары, где у нас нет потенциала для быстрого импортозамещения.
ФАС России уже несколько лет предлагала узаконить такую практику, но крупные транснациональные корпорации и их дилеры препятствовали этому как могли. Монополизация каналов поставок автомобилей и запасных частей к ним, лекарств, электроники и бытовой техники, одежды, обуви и многого другого позволяла поддерживать высокие цены на российском рынке. А в условиях санкционной войны позволила крупным западным корпорациям оперативно перекрыть поставки многих товаров на российский рынок и нанести масштабный удар по российской экономике.
То, что государство приняло такое решение сейчас – важный и нужный шаг. Но, лучше, если бы его сделали вчера. Мало принять закон и издать постановление, понадобится время, чтобы наладить эти параллельные каналы поставок и насытить спрос на нашем внутреннем рынке.
– Российские производители сообщают, что настоящим ударом по конкуренции являются транснациональные компании, которые давят российский бизнес за счет своего финансового капитала. Цитируем: «имеют возможность работать в убыток, чтобы убрать конкурентов. Чисто за счет копеечного валютного кредитования в условиях неограниченной возможности воспроизводства валюты». Прокомментируйте пожалуйста эту цитату. Как можно решить эту проблему? Решится ли она сама собой в результате санкционных ограничений?
– По сути, это одна из форм проявления монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции. И это не только проблема российской экономики. Простого ее решения нет. Надо применять различные инструменты – от использования действующих норм антимонопольного реагирования до разумной государственной поддержки национального. Поддержка любая – от прямой государственной поддержки до преференциальных режимов правового регулирования.
Я бы предложил еще одну меру – «оборотные» штрафы антимонопольной службы, исчисляемые в миллионах, а иногда и миллиардах рублей, болезненны для нашего бизнеса и оказывают свое превентивное воздействие. Но, они совершенно бесполезны и не удерживают он нарушения антимонопольного законодательства транснациональные компании. Даже рекордный штраф в 1,3 миллиарда рублей за злоупотребление доминирующим положением Booking com это всего лишь 12,5 миллионов долларов. Надо менять систему антимонопольных штрафов для транснациональных компаний и увеличить их до размеров, сопоставимых с действующими в юрисдикциях стран ЕС.
Санкционные же ограничения, как ни странно, усилят конкурентные позиции наших компаний на внутреннем рынке, если конечно, они воспользуются открывшимся окном возможностей
– В условиях санкций Россия неизбежно будет переориентироваться на рынки Азии через ЕАЭС. Как вы считаете, достаточно ли развиты механизмы защиты конкуренции внутри ЕАЭС? Есть ли несогласованность между российским и евразийским антимонопольным правом?
– Договору о Евразийском экономическом союзе уже скоро восемь лет. Нормы о защите конкуренции в нем есть, сейчас формируются практика правоприменения, судебная практика. Там есть еще над чем работать. Определенная несогласованность российского антимонопольного законодательства и норм евразийского конкурентного права есть, я об этом много говорил и писал.
Но, это совершенно не помещает защите конкуренции на евразийском экономическом пространстве.
– Нуждается ли в антимонопольной реформе 223-ФЗ? Нужны ли в 223 законе какие-то рамочные правила, которые бы защищали конкуренцию? Являются ли достаточными обязательные квоты на закупки у МСП в рамках 223-ФЗ?
– Действительно закон нуждается в совершенствовании. Закупки государственных компаний в прошедшем году превысили 25 триллионов рублей, это почти втрое больше, чем по федеральному закону о контрактной системе. Это почти 20% ВВП. То, какие цели в законе определит законодатель и то, насколько конкурентными будут эти закупки без преувеличения будет зависеть состояние экономики нашей страны. Какие сейчас главные задачи должны стоять перед закупочным законодательством. Кроме развития конкуренции.
Импортозамещение и поддержка через госзакупки отечественного бизнеса, малого и среднего прежде всего. Задач таких в законе сейчас нет, чётких и рабочих механизмов для их реализации нет. В законе нужны точно прописанные разумные преференции для отечественного бизнеса, а для малого и среднего предпринимательства, хотя бы временно, разрешить доступ к заказам госкомпаний без торгов. Вот, над этим надо и работать. Одновременно, надо будет вносить и поправки в статью 17 Закона о защите конкуренции, устанавливающую антимонопольные требования к торгам.
Что касается квот на обязательные квоты на закупки у МСП – проблема не в их нормативной достаточности, хотя объемы этих квот можно было бы и увеличить. Проблема в том, кто на самом деле выбирает эти квоты. Создано много обходных схем, по которым госзаказы уходят на самом деле крупным компаниям или псевдомелким компаниям, связанным с госзаказчиками. Поэтому должно быть две задачи : поставить барьеры для таких схем в законе и обязать ФАС пресекать реализацию таких обходных маневров.
– Можно ли повысить конкуренцию на внутреннем рынке за счет развития механизмов субконтрактации? Нужен ли специальный закон о субконтрактации? Наблюдается ли в России нормативный дефицит в этой сфере? Если бы такие механизмы были четко регламентированы, то позволило бы это встроить небольшие компании и стартапы в закупочную политику корпораций?
– Субконтрактация действенный инструмент для повышения эффективности производства Он позволяет более рационально использовать производственные мощности ресурсы компании. И для развития конкуренции правильно настроенные инструменты субконрактации полезны.
Одна из причин экономического успеха той же Японии или Германии – развитая система субконтрактации в этих странах, особенно в сфере машиностроения.
Специальный закон нужен, общих норм ГК о субподряде здесь явно недостаточно. И нормы Закона о защите конкуренции также нуждаются в изменении. Субконтрактацию необходимо четко разграничить с антиконкурентными соглашениями, особенно со сговорами на торгах. В последнее время правоприменительная практика стала складываться так, что субподряд на госзакупках стал едва ли не синонимом картеля.
– ФАС еще в 2020 году объявляла о разработке законопроекта о закупочных союзах. Что с ним, и востребован ли он сейчас?
– К сожалению, законопроект так и остался в недрах ФАС. А он сейчас крайне нужен. Сегодня цены растут, в том числе и из-за монополизации экономики. Надо поддержать малый бизнес в конкурентной борьбе и уравнять рыночную силу сторон.
Для этого и нужно разрешить объединение малых компаний против больших, разработать и принять законопроект о так называемых «закупочных союзах». Необходимо законодательное изъятие из картельных запретов. Тогда, например, фермеры смогут договариваться о цене, условиях реализации своих продуктов при их продаже торговым сетям или мелкие региональные торговые сети могли бы объединяться в противовес крупным поставщикам.
Создание таких союзов облегчит прямой доступ сельхозпродукции на полки торговых сетей и уберет излишних посредников – иногда их в цепочке поставок несколько – товары будут дешевле. Выпущенные в прошлом году разъяснения Федеральной антимонопольной службы «по закупочным союзам» эту проблему совершенно не решают.
Ограничения для таких союзов можно установить, например, по выручке или по их доле на рынке. Законодатель при этом может дать право правительству определять сферы, в которых можно допускать подобные союзы. Перечень таких союзов должен быть доступным в открытых источниках, чтобы каждый желающий мог с ним ознакомиться.
Кроме того, необходимо максимально четко прописать в законодательстве условия создания закупочных союзов, создать простые и понятные правила для работы бизнеса, поскольку их нарушение чревато обвинением в картеле и серьезными санкциями.
Ссылка на источник: Сетевое издание «Цифровые закупки» https://zakupki-digital.ru/laboratorija-idej/pod-sankcijami-znachenie-zdorovoj-konkurencii-tolko-voz...
